Лечение воинских чинов в мирное время производилось в военных госпиталях, полковых лазаретах и, за неимением их, в «градских» больницах. Постоянные или непременные военные госпитали разделялись, по числу имевшихся в них мест, на шесть классов и включали от 10 офицерских и 150 солдатских мест (1-й класс) до 50 офицерских и 2500 солдатских мест (6-й класс). Управление госпиталями было сосредоточено в двух различных ведомствах, комиссариатском и медицинском; местное же военное начальство имело только общее наблюдение за ними. Внутреннее управление каждого госпиталя состояло из старшего врача, смотрителя и прочих чинов, которые все вместе составляли «контору» госпиталя; все хозяйственные дела решались конторой коллегиальным порядком. К 1 января 1853 года состояло всего 183 госпиталя и их отделений с 1096 офицерскими и 40 662 для нижних чинов местами [1]. Это число не удовлетворяло общей потребности нашей армии, и до 85 000 человек ежегодно должны были пользоваться в больницах гражданского ведомства. Кроме того, в мирное время полагалось при комиссариатских комиссиях иметь запас госпитальных вещей на 165 офицеров и 12 тысяч нижних чинов, перевязочных припасов и медикаментов на 12 950 человек, всего на сумму 364 580 руб. В действительности же к 1 января 1853 года из этого количества не хватало вещей на сумму около 300 тысяч руб. [2]. Госпитальные средства эти к 1 мая 1853 года были распределены по районам государства следующим образом [3]: для района Прибалтийского края имелось мест 230 офицеров и 10 205 нижних чинов, для действующей армии — 161 и 7732, южной и крымской армий — 392 и 10 895 и отдельного Кавказского корпуса — 313 офицеров и 11 830 нижних чинов [4]. Общее состояние госпиталей было весьма неудовлетворительное. Излишняя централизация госпитального управления в двух различных учреждениях в Петербурге, плохой состав чиновников, неопределенность прав и обязанностей главных в госпитале лиц, крайне сложная и неудовлетворительная отчетность при полном отчуждении от всего этого дела строевого элемента были тому причиной. Полковые лазареты содержались в частях только в мирное время в объеме соразмерно штатной величине части, причем одна кровать полагалась на 28—37 человек штатного числа [5]. На содержание полковых лазаретов отпускалось в год по 28 ½ коп. на каждого штатного нижнего чина. Лазареты, как и все прочие отделы хозяйства, находились в прямом ведении командиров частей, которые и распоряжались лазаретной суммой на коммерческом основании. В полковых лазаретах уход за солдатами был вообще лучше, чем в госпиталях, и содержание их обходилось дешевле; кроме того, лазареты имели большое значение при широком расквартировании нашей армии, когда многие полки занимали районы до 250 верст в поперечнике и до госпиталей было далеко. Недостаток существования полковых лазаретов заключался в том, что они усложняли управление полком и представляли значительную материальную часть, которая должна была перевозиться за полком при всех его передвижениях. При выступлении в поход войска, кроме лазаретов по положению, имели перевязочные припасы на себе каждый третий солдат: бинт в 4 аршина, компресс в 1 аршин и корпии 12 золоти. [6]. Комплектование войск врачами производилось выпуском из медико-хирургической академии и из медицинских факультетов университетов. Академия давала ежегодно около 30 врачей, а университеты — около 50. Фельдшеры и фармацевты выпускались из фельдшерских школ, состоявших при некоторых госпиталях и комплектовавшихся кантонистами. Число тех и других было недостаточно, и образование их было ограниченное [7]. К 1 января 1853 года по штатам полагалось иметь 2020 врачей, налицо же их состояло 1814 человек; примерно такой же недостаток ощущался и в фельдшерах [8]. С приведением армии на военное положение недостаток в медицинском составе должен был еще больше увеличиться вследствие формирования врачебных заведений военного времени, комплектовавшихся преимущественно из госпиталей. Недостаток этот в военном ведомстве был к тому же трудно пополним при недостатке врачей вообще в России, когда на 200 тысяч душ в уезде полагался 1 штатный врач и 1 фельдшер [9]. [1] Архив канц. Воен. мин. по сн. войск, 1856 г., секр. д. № 71.[2] Всеподд. отч. Воен. мин. за 1852 г.[3] Архив канц. Воен. мин. по сн. войск, 1853 г., секр. д. № 71.[4] Эти цифры на 10 000 мест меньше, чем указанные во всеподданнейшем отчете военного министра за 1852 год, но должны быть признаны более достоверными.[5] Св. воен. пост. 1838 г. Т. X. Кн. IV.[6] Архив канц. Воен. мин. по сн. войск, 1856 г., секр. д. № 71.[7] Богданович. Истор. очерк воен. упр. в России за 1855—1880 гг.[8] Всеподд. отч. Воен. мин. за 1852 г.[9] Военный сборник, 1867 г., № 6. См. также: Медицинские учреждения для пользования раненых и больных в военное время Литература:Восточная война 1853-1856. Соч. генерала от инфантерии А.М. Зайончковского. Глава 11. Организация русских военно-сухопутных сил к началу Восточной войны